Павел Городницкий: «Что я сделал для развития настольного хоккея? Я родился!»

Чемпион Мира 2011 года, Роман Широков настольного хоккея – Павел Городницкий о перспективах нашего вида спорта, своей уникальности, лени, стыде и уважении!


- Здравствуй, Павел! Интересно получается. Обычно вопросы задаешь ты, а тут тебе приходится на них отвечать. С этой темы и начнем. Сколько интервью ты взял в своей настольно-хоккейной карьере?

- Я не веду бухгалтерский учет своих интервью. Может, штук пятнадцать взял. Могу рассказать, какие считаю самыми интересными. Однозначно — с Марией Ялбачевой. С Михаилом Спиваковским сразу три — но он блистательно отвечает на вопросы. С кем бы я хотел сделать материал? Раньше мечтал создать что-то душевное с Антоном Киселевым. Теперь такое желание испарилось, как дым.

- Насколько я знаю, в детстве ты посещал разные секции, но практически все единожды. Расскажи, из-за чего?

- Мне банально не хватало силы воли, желания и усидчивости. Помню, в раннем детстве (лет пять мне тогда было) я пришел на танцы. Жирная и противная преподавательница начала демонстрировать свои па, и меня чуть не вырвало прямо в зале, настолько это было печальное зрелище — пумба изображает балерину. Включился защитный инстинкт — я просто лег на пол и пролежал до конца занятия. От бабушки, правда, потом влетело. Еще я ходил на музыку, но не в музыкальную школу,. Учительница была очень набожной и постоянно что-то твердила про матушку ладошку, которая должна плавно нажимать на клавиши фортепьяно. Я, понятное дело, в эти сказки не поверил, и один раз, уходя, завязывал шнурки и повторял: «Ой, матушка кроссовка, как мягко ты сегодня музицируешь» и все в таком духе. Музыку я бросил из-за ненависти к нотам, пюпитрам и прочей лабуде. На гандбол я сходил ровно один раз — мне не понравилось, что занятие вел какой-то старый заслуженный ворчун и я сказал маме, что в зале было пыльно, а у меня аллергия. Мама поверила. Затем я пришел в футбольную секцию, но не хватало таланта и упорства и через полгода я понял, что второго Зидана из меня не получится. Посещать легкоатлетические занятия в школе олимпийского резерва я просто ненавидел. Совковая система, быдловатый тренер, отвратительные раздевалки и беготня, беготня, беготня. В общем, все виноваты, кроме меня (смеется).

- А что в настольном хоккее держит так долго?

- В настольном хоккее меня держит возможность занимать довольно высокие места без регулярных тренировок — я очень ленивый в плане монотонной и рутинной работы.

- Да, я знаю, что ты привык к разнообразию. Ты поменял около 70 мобильных телефонов, все время думаешь о покупке нового электронного устройства. Это можно назвать даже болезнью? С чего все началось? И закончился ли?

- Это однозначная болезнь. Медицинский факт — гаджетомания. С чего началось? В пятом классе мама наняла для меня молодого репетитора по английскому — он пытался обучить меня языку с помощью современной методики — просмотра фильмов и прослушивания музыки. Сейчас я понимаю, что он был прав, а тогда мне казалось, что просмотр видео на английском — пустая трата времени. Так вот, этот парень, который сейчас, к сожалению, инвалид (не знаю, что с ним случилось, но ходит он с палочкой и перекошенным лицом), любил рассказывать мне о гаджетах. Я загорелся идеей приобрести Siemens C75, через два месяца он мне надоел, и я выпросил на новый год смартфон Rover PC Sendo X1. Боже мой, как я обожал этого толстячка! До такой степени, что его аккумулятор, к несчастью, испортился за 8 месяцев, а оригинальные запчасти, во-первых, было трудно достать, а во-вторых, у меня появились новые мечты на рынке высоких технологий. Потом болезнь на непродолжительное время угасла, а летом 2009-го мы с Олегом Ортиновым вознамерились достать iPhone. Олег был более целеустремленным парнем — продал даже собственные кеды, лишь бы заполучить этот кусочек пластмассы. А я...я менялся простыми телефонами едва ли не каждую неделю — они надоедали мне, я выставлял объявление об обмене, встречался где-нибудь в центре и получал новый девайс. Первый iPhone у меня появился только в конце лета 2010 года. Сейчас я могу себе позволить покупать новые гаджеты в магазинах. С декабря 2012-го я работаю на одном из крупнейших порталов, посвященных hi-tech-устройствам, а с февраля нынешнего года пишу обзоры приложений и игр. Однокурсники часто злятся на меня — я рассматриваю очередной хит AppStore, они скачивают, а потом не могут сосредоточиться на учебе, ибо игры захватывают мозг. Что ж, бывает.
Возможно, это психоз в последней стадии. На днях мне приснилось, что Nokia перейдет на Android. Просыпаюсь в холодном поту, открываю на айфоне последние новости и вижу заголовок: «инвесторы Nokia задумались о переходе на Android». Чудеса!

- Довольно о гаджетах. Нередко на гостевой ты писал: «Все, я ухожу из нх, это глупая игрушка». Но, как мы видим – ты до сих пор принимаешь участие в различных турнирах. Планируешь ли ты в следующем сезоне остановиться?

- Готов еще раз повторить: «нх — глупая игрушка для быдла». Что меня здесь держит? Небыдло. Моя команда, еще несколько талантливых людей. В этом году я сыграл лишь на командниках, на паре этапов НХЛ и на Moscow Open. А, точно, еще установил новое достижение на Saint-Petersburg Open 2013 – ушел после четырех матчей высшей лиги. Я не сомневаюсь: у НХ нет будущего. Даже если придет сверхбогатый кретин, ему нужно сначала отобрать у консервативных клоунов из «Стиги» патент, а затем выпустить модифицированную поляну, без ступеней и прочих радостей жизни. Площадка должна быть долговечной. НХ-быдло очень любит повторять: наша «Стига Плей-офф» в разы разнообразнее «Кикера». Да плевать! Топорный «Кикер» стоит десятилетиями, раз в неделю его «пропшикивают» и играют дальше. «Стига» за месяц может превратиться в трухлявое дерьмо, которое Виталий Скоробогатов затем выставит на Детскиом Кубке.

- Всем известно, что «Северное Сияние» - хорошо натренированный и очень амбициозный коллектив. Но в коллекции твоего клуба нет титула чемпиона страны. До победы не хватало совсем немного. Есть ли какие-то проблемы в команде или чего не доставало?

- В том-то и дело, что у нас не очень хорошо натренированный коллектив. Амбиций хватает, а мастерства пока что нет. Вернее, есть — у Максима Борисова. Он наш Лео Месси. А я, наверное, Хави. Олег — Иньеста, Антон — Карлес Пуйоль, Герман — Серхио Бускетс, а Кирилл...Даже не знаю. Натянутым будет сравнение. Проблемы в команде? Одно время у нас шла холодная война с Кириллом Сторчаком. Время показало, что правых в той истории не было, и сейчас мы с Кириллом отлично общаемся, его нужно принять таким, какой он есть, либо вообще игнорировать. Периодически возникают мелкие недопонимания, но они есть в любом клубе. На эту тему очень верно высказался Михиал Спиваковский — ссориться с одноклубниками это все равно что ссориться с родителями, ибо прекрасно понимаешь, что придется мириться. За себя я могу сказать, что «Северное Сияние» - это то, чем я горжусь, то, ради чего я продолжаю играть и то, что я называю «идеальной командой».

- Что для тебя вообще слово «команда»? Какие команды из мира настольного хоккея ты мог бы выделить?

- Слово «команда» для меня — собрание единомышленников с характером. К нам в клуб никогда не попадет бесхарактерный рохля, у нас другая концепция развития. Могу привести пример. Май 2010 года, мы выходим из СКК перед плей-офф Кубка Питера и еще до четвертьфинала рассуждаем о том, с кем придется играть за третье место. Наш капитан Антон Федосеев поворачивается и произносит: «Ребята, если мы сейчас проиграем «Пиратам», то вообще будем с***ть». Такая фраза резко остудила всех, а «Пиратов» с Кариайненом и Маслобоевым мы обыграли за три тура. Реплика Антона - не пессимизм, а умение вовремя снять корону с головы.
Обратный пример? Все команды, создаваемые Алексеем Черновым. Честно говоря, я не хочу приводить названия — мало ли, пока это интервью выйдет, экс-капитан всего, чего только можно организует новый проект. Я не устаю поражаться этому человеку. Когда мне было 12, я печатал сразу несколько экземпляров «Исторических эссе Алексея Чернова» и зачитывался. До сих пор могу вспомнить целые отрывки наизусть. Словом, на тот момент Алексей был для меня полубогом — я не мог с ним нормально играть, потому что думал: «ого, он же уже столько лет на первых ролях! Динозавр! Мастодонт!». По сути, все эти существительные придуманы Виталием Скоробогатовым, но мой детский мозг впитывал их, как губка и я ничего не мог с этим поделать. Чернов был для меня авторитетом. Потом я стал вчитываться в гостевую и увидел несколько неадекватно-критических постов. Меня это покоробило.
Чуть позже я влился в нх-тусовку и увидел, что многие околохоккейные нити держит в руках Алексей Чернов — то просит одноклубников слить, то сам картинно проигрывает серию одноклубнице Марии Ялбачевой, ведя 3-0. Зачем? Мне не понять.
А по поводу всех этих команд-однодневок... Пересмотрите награждение Клубного Чемпионата Мира 2013 — вся «Галактика», кроме Чернова, стоит угрюмая. Зато Алексей, сыгравший пару матчей с откровенным днищем, доволен, как слон. Еще бы — серебряные медали КЧМ. Как бы я поступил с такой медалью? Выкинул бы в окно или просто потерял.
Да, у меня над столом и поныне висит золотая медаль чемпионата мира 2011, в полуфинале и финале которого я не выступал. Для меня это исключительно память об интереснейшем отборе в сборную, но никак не квинтэссенция моих нх-заслуг. Юниорское «золото» - да, взрослое — нет.
Тот же Чернов в эфире скоропостижно преставившейся передачи «Время настольного хоккея» заявил, что Galaxy – профессиональная команда. Чем она профессиональнее «Северного Сияния»? Объясните, я не понимаю.
Кстати, любопытный эпизод случился на последнем чемпионате Петербурга, том самом, где играло 16 человек. Антон Легков проигрывал Герману Фокину, и тут за Антона начал болеть Алексей Чернов. Легков все равно проиграл, зато мы узнали, кто стал ближайшей целью экс-капитана НХК «Питер» на трансферном рынке.

- Многие свои действия ты объясняешь похожими поступками других, достаточно известных людей. Много ли у тебя есть примеров для подражания?

- Хм. Я по жизни провожу параллели. Постоянно. Мои любимые личности в спорте — Марио Балотелли, Руд ван Нистелрой, Эйдур Гудьонсен, Роман Широков и сэр Алекс Фергюсон. Очень разные характеры и разные поступки, но все-таки я им симпатизирую. Мой любимый журналист — фантастический Василий Уткин. Он умница, король слова и я желаю ему всяческих успехов.

- Я знаю тебя с 2009 года, ты был маленьким примерным и воспитанным мальчиком. Сейчас тебя таким не назовешь. Что изменилось? Был ли какой-то переломный момент?

- Я даже знаю о какой ситуации ты говоришь. В апреле 2009 года я впервые самостоятельно приехал (в смысле — без папы) на чемпионат России, а в сборную тогда попадали по разрядным турнирам. Мне сборная не светила, но в группе я обыграл (5-2, между прочим) будущего триумфатора Moscow Open Александра Милорадова и попал в плей-офф с первого места. На свою серию я не вышел. Этому было два объяснения. Первое — я хотел, чтобы в сборную попал Антон Легков. Второе — на турнирах Марголиса был отвратительный тайминг и участники соревнований в разрядах могли заморить червячка, но не полноценно поесть. А я безумно мечтал хорошенько пожрать!
После обеда я вернулся в раздевалку, спокойно сел, и тут со всех сторон на меня полились струи натурального вонючего дерьма. «Паршивец, как ты мог не выйти на серию?» «Да тебя Миша Марголис дисквалифицирует, свой турнир ты уже сыграл, он для тебя закончился» - Михаил Сапожников и Игорь Милорадов буквально выпрыгивали из спортивных штанов, порицая четырнадцатилетнего школьника из Петербурга. Возможно, у них какие-то комплексы: люди в 40 с хвостиком думали, что мне до чертиков приспичило устроить западню то ли Леше Шикерину, то ли Диме Сапожникову. Да мне было наплевать на них, честное слово!
В той раздевалке не выдержал и...заплакал. Да, это постыдный эпизод моей нх-карьеры. Однако я до сих пор уверен, что сливать серию без прямой настольно-хоккейной выгоды для себя можно только так — невыходом на нее. Как бы я действовал сейчас? Наверное, послал бы всех. Или предложил бы Милорадову и Сапожникову выйти и сыграть со мной.
Полагаю, это и был переломный момент. Если бы к той минуте я уже входил в топ-50, мне бы не пришлось оправдываться: они бы просто не стали зачитывать свои морали. Тоже мне, моралисты нашлись. Мое тело — мое дело, я захотел есть, я пошел и навернул тарелку борща с вкусными пирожками, а не давился голимым сникерсом, купленным в спешке в автомате.

- Расскажи о пяти самых запоминающихся событиях, связанных с настольным хоккеем.

- Ой, какой хороший вопрос. Пять событий? Маловато. Ладно, попробую, надеюсь, если превышу лимит, никто меня не покарает. Начну с мая 2006 года — я выиграл свой первый и единственный Детский Кубок в младшей категории. Больше он мне не покорялся. Какая жалость. Но в том мае я был счастлив. Следующий эпизод — вся весна 2010 года. Я готовился к экзаменам в школе (их сдал на все пятерки, приятно вспоминать) и ходил на тренировки Антона Киселева. До сих пор уверен, что он — причина моего внезапного прогресса. Антон действительно учит людей думать и показывает, как тренироваться, если база у тебя уже есть. А я до сих пор без базы (левый — для лохов), но Антон и не настаивал, а подтягивал мои сильные стороны. Никто не заставит меня усомниться в педагогическом таланте Киселева — сравниться с ним может только Алексей Титов, но это уже немного другая история. Остальные расплодившиеся тренеры (кроме Воскобойникова — он прививает любовь к победам) — детский лепет, на мой взгляд. Судите сами: через полтора месяца после занятий с Антоном я прошел в серии Дмитриченко и Андрея Воскобойникова (которого до той серии ни разу не обыгрывал даже в обычном матче), после чего только в овертайме седьмого матча проиграл Алексею Титову!
Следующий момент — Swedish Masters 2011. Великолепная поездка. Помню, тогда я даже не мог выдавить из себя зависть — я был безумно рад за Максима Борисова и повода для ревности не нашлось, ибо мне казалось, что я тоже там, на площадке с Петерссоном, отыгрываюсь с -3 за 40 секунд.
За пару недель до «Шведиша» я обыграл в полуфинале ОЧР Алексея Захарова — это одна из трех моих лучших серий в жизни, потому что меня убедили в том, что я могу пройти семикратного чемпиона страны.
Идем дальше — Saint-Petersburg Masters 2011 и наш с Олегом Ортиновым гениальный «роспил» призовых денег. Все грамотно сделали, а потом еще и уничтожили соперников в командном турнире. Великая победа «Северного Сияния», мои восемь очков в финале и прекраснейший гол после комбинации 4-3 Алексею Титову, сохранившийся даже на видео! Грандиозно! Увы, через год «Мастерс» превратился в какую-то клоунаду: вайлд-карды раздавали, как газету «Метро» в утреннем метро, а обшарпанный Зимний стадион на меня произвел нулевое впечатление. Складывалось ощущение, что это не турнир, а аттракцион невиданной щедрости, желание поиграть денежными мускулами.
Вернемся в 2011 год. Moscow Cup 2011 – мне кажется, на том турнире я провел лучшие матчи в карьере. Я ненавижу круговые турниры, считаю их бесполезными, но финальную группу отыграл безукоризненно — всего 10 потерянных очков в компании с Нуттуненом, Силисом, Дмитриченко, Галузо, Милорадовым, Левданским и так далее. Жаль, Эдгарс Цайцс параллельно занимался непонятно чем и я попал на него уже в 1/8 финала.
Чемпионат Мира — событие знаковое, но давайте будем объективны: Павел Городницкий обосрался на чемпионате мира в Турку.
Последнее запоминающееся мероприятие — Moscow Open 2013. Финальную группу я начал сверхпосредственно, хотел сняться, но вовремя вспомнил, что у меня с собой имеются «колеса», принял стандартную дозу и занял седьмое место, надрав финскую задницу Ахти Лампи. И показал Марио Балотелли после серии с ним, про это тоже нельзя забывать.

- А теперь перечисли, пожалуйста, людей, которыми ты восхищаешься в настольном хоккее. То самое «небыдло», как ты говоришь.

- Не буду перечислять, потому что так обязательно обижу кого-нибудь, чье мнение мне небезразлично. Выберу одного. Михаил Спиваковский — универсальный человек. Журналист, театрал, писатель, путешественник. Мне нравится его стиль почти во всем, и я сожалею, что видимся мы с моим украинским товарищем очень редко.

- Не жалеешь, что ЧМ в Норвегии пройдет без тебя?

- На одной из передач Юрия Дудя под названием «Удар головой» Андрей Червиченко произнес следующую фразу: «Мне насрать на Чезаре Пранделли и на то, что он говорит». Перефразирую бывшего владельца московского «Спартака»: «Мне плевать на чемпионат мира и на то, что он пройдет без меня».

- Бывает ли тебе когда-нибудь стыдно?

- Крайне редко. Мне до сих пор неудобно перед Антоном Киселевым — мы не общаемся уже больше двух лет по моей вине. Но это не стыд. Стыд — это то, что гложет тебя изнутри и подводит к состоянию депрессии. Такое у меня было в шестилетнем возрасте — к нам на дачный участок приходила кошка и пила молоко или кушала остатки мяса из пластиковой емкости. Потом эту емкость зачем-то выбросили, а кошке поставили консервную банку. Кто-то из взрослых уже в городе ляпнул, что киска может пораниться, и я целыми днями грустил из-за потенциально изуродованной кошкиной морды. Сейчас я бы о таком даже не задумался.

- Если бы ты был на моем месте, какие бы вопросы задал себе?

- Я и на своем месте себя прекрасно чувствую. Но спросил бы: а тебе не кажется, парень, что ты зажрался? И сам бы ответил: нет, не кажется, а если и зажрался, то это не твои трудности.

- Пару слов о критике. Ты любишь критиковать всех вокруг, в частности, действия по развитию настольного хоккея? Почему сам не хочешь в этом поучаствовать, предложить свои идеи?

- А я уже говорил об этом выше. То, что делают по развитию настольного хоккея в Питере — капля в море. В Москве — капля в океане. Про мир я вообще промолчу. Настольный хоккей — игрушка вроде карточной «Пьяницы», давайте привыкать к этой мысли. Александр Шапиро очень любит спрашивать: «а что ты сделал для развития настольного хоккея?». Отвечу ему так: «Я родился». Если бы этого не случилось, мир бы не увидел ни «Мастерсов», ни «ПРО», ни-че-го. У меня любят интересоваться, зачем мой папа этим занимается? Частично из-за меня, конечно, но я думаю, что присутствуют и другие мотивы. Скажу однозначно: если я сыграю на чемпионате мира 2015 года, считайте, что моя личная жизнь сломалась, меня уволили со всех постов и выгнали из университета.

- Несколько слов об уважении. Что значит это слово для тебя?

- Да не существует практически никакого уважения. Есть дистанция между людьми, есть симпатии, но слово «уважение» - очень общее, им кичатся те, у кого голова забита самыми разными комплексами. Помните, как Галузо, Дмитриченко и Титов мусолили существительное «уважение»? Думаю, вы догадываетесь, к чему я клоню. Но я признаю — Янис избавился от своих демонов.
Посты на гостевой? Я уже приводил цитату Артемия Лебедева, но теперь приведу ее в более корректной форме: «почему я должен уважать кого-то лишь за то, что он прожил более долгую жизнь?». Мои посты не всегда пропитаны вежливостью, но меня это беспокоит в последнюю очередь.
Кстати, я всегда разграничиваю тех, чье мнение для меня имеет значение и тех, на чье мнение я клал большую кучу. Вторая категория людей может говорить про меня все, что им заблагорассудится — для меня это сравнимо с пердежом в ванной комнате. Если Василий Уткин скажет, что я бездарный графоман — я прислушаюсь к нему и буду работать над собой. Если об этом мне скажет человек, делающий три ошибки в слове «х..», я пошлю его как раз по этому адресу или вовсе проигнорирую жалкое подобие критики.

- Последний вопрос. Считаешь ли ты себя уникальным человеком?

- Да, считаю. Некоторые идиоты на разных умных семинарах твердят одно и то же: «каждый человек по-своему уникален». Я думаю иначе. В России процентов 80 населения — жалкие посредственности. Зайдите в общественный транспорт — их там навалом. Их мечта — повышение на работе, куда они ходят с 9 до 18 и живут от зарплаты до зарплаты. Я в 17 лет без чьей-либо помощи попал в красивый глянцевый футбольный журнал, которым зачитывался в детстве. Это вообще нонсенс для спортивной журналистики — обычно все делается через «папа, помоги» или «хотите, я вам ботинки буду чистить». Однако даже такой успех — не повод останавливаться. Я уникален, потому что я не могу уснуть, если день был проведен бездарно. Если я не написал большой материал, если я не почитал хорошую книгу, если я не подготовил реферат по учебе. Моя совесть очень требовательна ко мне, и я могу за это только поблагодарить свою бабушку, которая держала меня в ежовых рукавицах до третьего класса. Она приучила меня к дисциплине и пунктуальности — за 9 подготовленных номеров «Еврофутбола» я ни разу не прошляпил дедлайн, за пять месяцев работы в Mobiguru не было ни одного буднего дня без минимум трех моих статей. Надеюсь, этого хватит? (смеется).